Бася... я тя понимаю, всегда рыдаю когда читаю
Стихи, которые трогают душу — сторінка 16
Машка-Степашка · АктивнаЗакріплена214 910 переглядів1 656 відповідей
Сильва Капутикян
***
Не заставь меня плакать, – я плакала много, любимый.
И не думай напрасно, что я холодна и надменна.
Мне изранили сердце, и в шрамах оно постепенно
Отвердело, но больно ему от ожога, любимый.
Безоглядно я шла, доверялась открыто и прямо,
Но как часто встречала я с горечью неодолимой
Камень вместо сердец, я же верила в сердце упрямо.
Нелегко мне досталась прямая дорога, любимый.
Мне бы тихо уснуть, по-ребячьи склонясь головою
На колени твои – отдохнуть от тоски нестерпимой.
Тайный свет сбереги, озаряющий сердце живое –
Вечереет мой день, уже ночь на пороге, любимый.
*********************************
***
Ушел…
Но знаю всей душою –
Нам друг от друга не уйти.
Я знаю, я всегда с тобою,-
Я перекрою все пути!
Я – дом твой, я – твоя дорога,
Ты ходишь с именем моим.
В тебе меня настолько много,
Что нету места там другим.
И сколько б женских глаз ни встретил –
Мои глаза увидишь в них.
Я для тебя одна на свете,
И тут не может быть других.
И чьи б ни слышал голоса ты –
Услышишь в них меня одну.
Коснусь тебя ветвями сада,
Глазами полночи взгляну.
Когда домой вернешься поздно,
Ты снова вспомнишь обо мне.
Я стану дымом папиросным,
Я стану звездами в окне.
Через любые километры
До сердца сердцем дотянусь.
В окно влечу я нежным ветром.
Закроешь – бурею ворвусь!
Есть у любви своя отвага!
Влетев в твой дом, в твой мир, в твой быт,
Смешаю все твои бумаги,
Всю жизнь смешаю может быть…
Не смеешь ты меня забыть!
*****************************
Любовь большую мы несем,
Но я - к тебе, а ты -к другой,
Опалены большим огнем,
Но я -твоим, а ты другой.
Ты слова ждешь, я слова жду,
Я от тебя, ты от другой.
Твой образ вижу я в бреду,
Ты бредишь образом другой.
И что уж тут поделать, раз
Самой судьбе не жалко нас,
Что нас жалеть? Живем любя,
Хоть ты -другую, я -тебя....
***
Не заставь меня плакать, – я плакала много, любимый.
И не думай напрасно, что я холодна и надменна.
Мне изранили сердце, и в шрамах оно постепенно
Отвердело, но больно ему от ожога, любимый.
Безоглядно я шла, доверялась открыто и прямо,
Но как часто встречала я с горечью неодолимой
Камень вместо сердец, я же верила в сердце упрямо.
Нелегко мне досталась прямая дорога, любимый.
Мне бы тихо уснуть, по-ребячьи склонясь головою
На колени твои – отдохнуть от тоски нестерпимой.
Тайный свет сбереги, озаряющий сердце живое –
Вечереет мой день, уже ночь на пороге, любимый.
*********************************
***
Ушел…
Но знаю всей душою –
Нам друг от друга не уйти.
Я знаю, я всегда с тобою,-
Я перекрою все пути!
Я – дом твой, я – твоя дорога,
Ты ходишь с именем моим.
В тебе меня настолько много,
Что нету места там другим.
И сколько б женских глаз ни встретил –
Мои глаза увидишь в них.
Я для тебя одна на свете,
И тут не может быть других.
И чьи б ни слышал голоса ты –
Услышишь в них меня одну.
Коснусь тебя ветвями сада,
Глазами полночи взгляну.
Когда домой вернешься поздно,
Ты снова вспомнишь обо мне.
Я стану дымом папиросным,
Я стану звездами в окне.
Через любые километры
До сердца сердцем дотянусь.
В окно влечу я нежным ветром.
Закроешь – бурею ворвусь!
Есть у любви своя отвага!
Влетев в твой дом, в твой мир, в твой быт,
Смешаю все твои бумаги,
Всю жизнь смешаю может быть…
Не смеешь ты меня забыть!
*****************************
Любовь большую мы несем,
Но я - к тебе, а ты -к другой,
Опалены большим огнем,
Но я -твоим, а ты другой.
Ты слова ждешь, я слова жду,
Я от тебя, ты от другой.
Твой образ вижу я в бреду,
Ты бредишь образом другой.
И что уж тут поделать, раз
Самой судьбе не жалко нас,
Что нас жалеть? Живем любя,
Хоть ты -другую, я -тебя....
Юлия Друнина
* * *
Когда умирает любовь,
Врачи не толпятся в палате,
Давно понимает любой —
Насильно не бросишь
В объятья…
Насильно сердца не зажжёшь…
Ни в чём никого не вините.
Здесь каждое слово —
Как нож,
Что рубит меж душами нити.
Здесь каждая ссора —
Как бой.
Здесь все перемирья
Мгновенны…
Когда умирает любовь,
Ещё холодней
Во Вселенной…
* * *
Когда умирает любовь,
Врачи не толпятся в палате,
Давно понимает любой —
Насильно не бросишь
В объятья…
Насильно сердца не зажжёшь…
Ни в чём никого не вините.
Здесь каждое слово —
Как нож,
Что рубит меж душами нити.
Здесь каждая ссора —
Как бой.
Здесь все перемирья
Мгновенны…
Когда умирает любовь,
Ещё холодней
Во Вселенной…
мама спит, она устала..
быстро стянем одеяло,
разрисуем маме пузо
(ишь ты, пузо с пол-арбуза!)
может, разрисуем стены?
я ж художник офигенный!
одеяло-то с цветами!
тихо, не мешаем маме!
ножницы неси скорее,
вырезай-ка поровнее!
тренируем скоренько
мелкую моторику!
мама спит, она устала..
зябко ведь без одеяла!
мы укроем маму шубой!
жаль, подклад какой-то грубый..
ножницы убрал, братишка?
нет? стрижешь купон в сберкнижке?...
спи,мамулька, спи, родная!
мы тихонько! не мешая!
Ну и что, что вдвоём,
Ну и пусть при свечах,
У меня ещё есть голова на плечах!
А мой внутренний голос-
Он в голос кричал,
И вполголоса сам же себе отвечал,
Что когда при свечах,
А вокруг тишина,
Голова на плечах
Никому не нужна))
Ну и пусть при свечах,
У меня ещё есть голова на плечах!
А мой внутренний голос-
Он в голос кричал,
И вполголоса сам же себе отвечал,
Что когда при свечах,
А вокруг тишина,
Голова на плечах
Никому не нужна))
Если пить, то сейчас, если думать, то крайне редко,
Избегая счастливых, мамы и темноты.
Для чего мне все эти люди, детка,
Если ни один все равно не ты.
Если кто-то подлый внутри, ни выгнать, ни истребить,
Затаился и бдит, как маленькая лазутчица.
Ай спасибо сердцу, оно умеет вот так любить –
Да когда ж наконец
разучится.
© Вера Полозкова
Избегая счастливых, мамы и темноты.
Для чего мне все эти люди, детка,
Если ни один все равно не ты.
Если кто-то подлый внутри, ни выгнать, ни истребить,
Затаился и бдит, как маленькая лазутчица.
Ай спасибо сердцу, оно умеет вот так любить –
Да когда ж наконец
разучится.
© Вера Полозкова
Мечтал я о тебе так часто, так давно,
за много лет до нашей встречи,
когда сидел один, и кралась ночь в окно,
и перемигивались свечи.
И книгу о любви, о дымке над Невой,
о неге роз и море мглистом
я перелистывал, и чуял образ твой
в стихе восторженном и чистом.
Дни юности моей, хмельные сны земли,
мне в этот миг волшебно-звонкий
казались жалкими, как мошки, что ползали
в янтарном блеске по клеенке.
Я звал тебя, я ждал. Шли годы. Я бродил
по склонам жизни каменистым
и в горькие часы твой образ находил
в стихе восторженном и чистом.
И ныне, наяву ,ты легкая пришла,
и вспоминаю суеверно,
как те глубокие созвучья-зеркала
тебя предсказывали верно.
/Набоков Владимир/
за много лет до нашей встречи,
когда сидел один, и кралась ночь в окно,
и перемигивались свечи.
И книгу о любви, о дымке над Невой,
о неге роз и море мглистом
я перелистывал, и чуял образ твой
в стихе восторженном и чистом.
Дни юности моей, хмельные сны земли,
мне в этот миг волшебно-звонкий
казались жалкими, как мошки, что ползали
в янтарном блеске по клеенке.
Я звал тебя, я ждал. Шли годы. Я бродил
по склонам жизни каменистым
и в горькие часы твой образ находил
в стихе восторженном и чистом.
И ныне, наяву ,ты легкая пришла,
и вспоминаю суеверно,
как те глубокие созвучья-зеркала
тебя предсказывали верно.
/Набоков Владимир/
Благодарю тебя за равнодушье,
Оно спасло меня от безрассудства.
И пусть мне больно опалило душу,
Смогла я всё же справиться с безумством!
Благодарю за то, что ты не понял
Всех моих мыслей, чувств и ожиданий.
Ты обо мне практически не помнил
И не со мной (увы!)искал свиданий…
Ты не давал мне повод усомниться
В том, что напрасны все мои стремленья…
Я, быстро повзрослев, смогла смириться,
Экзамен выдержав на самоуваженье!
Я с чувством справилась, дотла сжигая нервы
И вырвала из сердца, как крапиву.
А ты не знал, что был любовью первой,
Бессмысленной, безвестной, молчаливой…
Ж.Ренар
Оно спасло меня от безрассудства.
И пусть мне больно опалило душу,
Смогла я всё же справиться с безумством!
Благодарю за то, что ты не понял
Всех моих мыслей, чувств и ожиданий.
Ты обо мне практически не помнил
И не со мной (увы!)искал свиданий…
Ты не давал мне повод усомниться
В том, что напрасны все мои стремленья…
Я, быстро повзрослев, смогла смириться,
Экзамен выдержав на самоуваженье!
Я с чувством справилась, дотла сжигая нервы
И вырвала из сердца, как крапиву.
А ты не знал, что был любовью первой,
Бессмысленной, безвестной, молчаливой…
Ж.Ренар
Нас любят те, к кому мы равнодушны.
Они добры, застенчивы, послушны.
Они всегда на многое готовы.
А мы, порой, жалеем даже слово.
Нас любят те, кого, увы, не надо.
Идя к другим, мы пьем чужого яда…
Потом болеем, мучаемся, даже,
Но те, кто любят ничего не скажут.
Нас любят те, с кем мы могли стать лучше,
Но нам плевать на наш "счастливый случай".
Любовь, увы, жестока и упряма!
Нас любят те, кому мы роем ямы.
Нас любят так, как нужно ненавидеть!
И нам их жаль, но можем и обидеть.
Нас любят не за «что-то», вопреки!
Но нас несет течение реки.
Нас любят... И мы это принимаем.
Нас любят.. Но других мы обнимаем..
Нас любят.. Но глухи мы и жестоки..
Нас любят! И в итоге – одиноки.
Евгений Лебедев
Они добры, застенчивы, послушны.
Они всегда на многое готовы.
А мы, порой, жалеем даже слово.
Нас любят те, кого, увы, не надо.
Идя к другим, мы пьем чужого яда…
Потом болеем, мучаемся, даже,
Но те, кто любят ничего не скажут.
Нас любят те, с кем мы могли стать лучше,
Но нам плевать на наш "счастливый случай".
Любовь, увы, жестока и упряма!
Нас любят те, кому мы роем ямы.
Нас любят так, как нужно ненавидеть!
И нам их жаль, но можем и обидеть.
Нас любят не за «что-то», вопреки!
Но нас несет течение реки.
Нас любят... И мы это принимаем.
Нас любят.. Но других мы обнимаем..
Нас любят.. Но глухи мы и жестоки..
Нас любят! И в итоге – одиноки.
Евгений Лебедев
Небо желтой зарей окрашено,
недалеко до темноты...
Как тревожно, милый,
как страшно,
как боюсь твоей немоты.
Ты ведь где-то живешь и дышишь,
улыбаешься, ешь и пьешь...
Неужели совсем не слышишь?
Не окликнешь? Не позовешь?
Я покорной и верной буду,
не заплачу, не укорю.
И за праздники,
и за будни,
и за все я благодарю.
А всего-то и есть:
крылечко,
да сквозной дымок над трубой,
да серебряное колечко,
пообещанное тобой.
Да на дне коробка картонного
два засохших с весны стебля,
да еще вот — сердце,
которое
мертвым было бы
без тебя.
В.Тушнова
недалеко до темноты...
Как тревожно, милый,
как страшно,
как боюсь твоей немоты.
Ты ведь где-то живешь и дышишь,
улыбаешься, ешь и пьешь...
Неужели совсем не слышишь?
Не окликнешь? Не позовешь?
Я покорной и верной буду,
не заплачу, не укорю.
И за праздники,
и за будни,
и за все я благодарю.
А всего-то и есть:
крылечко,
да сквозной дымок над трубой,
да серебряное колечко,
пообещанное тобой.
Да на дне коробка картонного
два засохших с весны стебля,
да еще вот — сердце,
которое
мертвым было бы
без тебя.
В.Тушнова
Разлука
А ты уйдешь, лишь станет чуть светлее,
Махнешь рукой в круженье листопада,
И, превращаясь в точку на аллее,
Не обернешься, не замедлишь шага.
Пустой трамвай бежит навстречу небу,
С конечной где-то между облаками,
И дождь в окне, и брошенная кем-то
Жизнь катится трамвайными путями.
А я, застыв на начатой аллее,
Твержу, что мир, по сути, шар всего лишь,
И ты, передвигая горизонты,
Не от меня, а вновь ко мне уходишь.
Алексей Григорьев
А ты уйдешь, лишь станет чуть светлее,
Махнешь рукой в круженье листопада,
И, превращаясь в точку на аллее,
Не обернешься, не замедлишь шага.
Пустой трамвай бежит навстречу небу,
С конечной где-то между облаками,
И дождь в окне, и брошенная кем-то
Жизнь катится трамвайными путями.
А я, застыв на начатой аллее,
Твержу, что мир, по сути, шар всего лишь,
И ты, передвигая горизонты,
Не от меня, а вновь ко мне уходишь.
Алексей Григорьев
Я понимаю, сейчас об этом смешно,
и вот на каждом слове немею…
Я за тобой ныряла сдуру на самое дно,
а плавать совсем не умею.
Тебя выпутывала из смертельных сетей,
вымаливала и выкупала.
А то, что ты не хотел от меня детей,
я думала, что понимала.
Из всех слагаемых я выбирала тебя -
и одного, и в любом комплекте.
Моя нежилая память глядела, скорбя,
как я запечатываю конверты
с просроченной болью, с пергидрольной зимой,
с застиранным небом над крышей.
А мне хотелось всё заменить тобой…
И у меня не вышло.
©Елена Касьян
и вот на каждом слове немею…
Я за тобой ныряла сдуру на самое дно,
а плавать совсем не умею.
Тебя выпутывала из смертельных сетей,
вымаливала и выкупала.
А то, что ты не хотел от меня детей,
я думала, что понимала.
Из всех слагаемых я выбирала тебя -
и одного, и в любом комплекте.
Моя нежилая память глядела, скорбя,
как я запечатываю конверты
с просроченной болью, с пергидрольной зимой,
с застиранным небом над крышей.
А мне хотелось всё заменить тобой…
И у меня не вышло.
©Елена Касьян
Иннокентий Анненский
Дети
Вы за мною? Я готов.
Нагрешили, так ответим.
Нам — острог, но им — цветов...
Солнца, люди, нашим детям!
В детстве тоньше жизни нить,
Дни короче в эту пору...
Не спешите их бранить,
Но балуйте... без зазору.
Вы несчастны, если вам
Непонятен детский лепет,
Вызвать шепот — это срам,
Горший — в детях вызвать трепет.
Но безвинных детских слез
Не омыть и покаяньем,
Потому что в них Христос,
Весь, со всем своим сияньем.
Ну, а те, что терпят боль,
У кого как нитки руки...
Люди! Братья! Не за то ль
И покой наш только в муке...
Дети
Вы за мною? Я готов.
Нагрешили, так ответим.
Нам — острог, но им — цветов...
Солнца, люди, нашим детям!
В детстве тоньше жизни нить,
Дни короче в эту пору...
Не спешите их бранить,
Но балуйте... без зазору.
Вы несчастны, если вам
Непонятен детский лепет,
Вызвать шепот — это срам,
Горший — в детях вызвать трепет.
Но безвинных детских слез
Не омыть и покаяньем,
Потому что в них Христос,
Весь, со всем своим сияньем.
Ну, а те, что терпят боль,
У кого как нитки руки...
Люди! Братья! Не за то ль
И покой наш только в муке...
Кого ты ждёшь?.. За окнами темно,
Любить случайно женщине дано.
Ты первому, кто в дом войдёт к тебе,
Принадлежать решила, как судьбе.
Который день душа ждала ответа.
Но дверь открылась от порыва ветра.
Ты женщина – а это ветер вольности...
Рассеянный в печали и любви,
Одной рукой он гладил твои волосы,
Другой – топил на море корабли.
Юрий Кузнецов
Любить случайно женщине дано.
Ты первому, кто в дом войдёт к тебе,
Принадлежать решила, как судьбе.
Который день душа ждала ответа.
Но дверь открылась от порыва ветра.
Ты женщина – а это ветер вольности...
Рассеянный в печали и любви,
Одной рукой он гладил твои волосы,
Другой – топил на море корабли.
Юрий Кузнецов
Подруге
Качается песенный шар голубой,
Расплывчатый шар за стеклом запотелым.
Я дома. Я дома душою и телом.
И всё же душою – немного с тобой.
Наверно, резонней письмишко черкнуть,
Покуда для встречи возможности нету,
Чем маяться зря, наблюдая вот эту
Луну сквозь оконную мокрую муть.
Но всё, что тебе написать я могу, –
Для будущих слов, болтовни, полувздора,
Для встречи, которая будет нескоро,
Ревниво и сладостно я берегу.
Мой друг драгоценный, нам есть что сказать
Хотя бы друг другу – пером или взглядом,
Настроем – минорным, мажорным ли ладом,
Нам есть чем любые два слова связать.
Привычный, истоптанный нами маршрут,
Районных пейзажей повтор многократный –
Наш воздух, наполненный музыкой внятной,
Очищенный от заблуждений и смут.
Пройдут катаклизмы, уляжется пыль,
Недужные страсти, как хмель, перебродят,
И после всего, что сейчас происходит,
Останется наша прекрасная быль.
Останется память про наше житьё
И то, что в эпоху разрух и неверья
По-прежнему двигало легкие перья,
Наивные перья – твоё и моё…
Качается песенный шар голубой,
Расплывчатый шар за стеклом запотелым.
Я дома. Я дома душою и телом.
И всё же душою – немного с тобой.
Наверно, резонней письмишко черкнуть,
Покуда для встречи возможности нету,
Чем маяться зря, наблюдая вот эту
Луну сквозь оконную мокрую муть.
Но всё, что тебе написать я могу, –
Для будущих слов, болтовни, полувздора,
Для встречи, которая будет нескоро,
Ревниво и сладостно я берегу.
Мой друг драгоценный, нам есть что сказать
Хотя бы друг другу – пером или взглядом,
Настроем – минорным, мажорным ли ладом,
Нам есть чем любые два слова связать.
Привычный, истоптанный нами маршрут,
Районных пейзажей повтор многократный –
Наш воздух, наполненный музыкой внятной,
Очищенный от заблуждений и смут.
Пройдут катаклизмы, уляжется пыль,
Недужные страсти, как хмель, перебродят,
И после всего, что сейчас происходит,
Останется наша прекрасная быль.
Останется память про наше житьё
И то, что в эпоху разрух и неверья
По-прежнему двигало легкие перья,
Наивные перья – твоё и моё…
Случайно стали мы друзьями.
Случайно нас свела судьба.
И я хочу,чтоб между нами
Осталась дружба НАВСЕГДА!
Случайно нас свела судьба.
И я хочу,чтоб между нами
Осталась дружба НАВСЕГДА!
Бьется в форточке луна… А под ней
Из осколков вытекает песок…
Наша дочь, которой восемь часов
От зачатия, смеется во сне…
Из осколков вытекает песок…
Наша дочь, которой восемь часов
От зачатия, смеется во сне…
Анна Ривелотэ - Ильза
фаза быстрого сна, фаза медленной яви, - под водою ведь тоже наступает весна, девы простоволосые проплывают наядами, я накачана ядами, оттого и грустна. оттого и блесна мне не кажется рыбкой, ярь-медянка разъела ее чешую; в этом мутном покое, в этой сладости зыбкой я качаюсь ленивой морскою звездой. улыбнись своей самой забытой улыбкой и катись себе дальше, пока молодой. я найду себе место на пагубном дне, среди стреляных гильз - белокурая ильза, холостые патроны вздыхают по мне: их сигары сникают, рубины бледнеют, а ночами их насмерть душат злые кашне.
с той, которой я стала, - паралично-столичной, с позолоченным личиком, обтекаемо вздорной, хитровыпиленной, узорной, - ты со мной не знаком. и с тобой не знакома та, которой я стала, не мигай из астрала мне своим огоньком. не пиши мне, не надо. не звони мне, не надо. на каком круге ада твой веселый трамвай?.. я же слабая, знаешь, мне хватит лишь взгляда, ты и рта не раскроешь, я отвечу - давай.
боги, яду мне, яду, двухполозного, белого, или лучше прозрачного, с искоркой голубой. с кем бы я ни была, ни спала, что б ни делала - я с тобой.
я с тобой.
я с тобой.
я с тобой.
фаза быстрого сна, фаза медленной яви, - под водою ведь тоже наступает весна, девы простоволосые проплывают наядами, я накачана ядами, оттого и грустна. оттого и блесна мне не кажется рыбкой, ярь-медянка разъела ее чешую; в этом мутном покое, в этой сладости зыбкой я качаюсь ленивой морскою звездой. улыбнись своей самой забытой улыбкой и катись себе дальше, пока молодой. я найду себе место на пагубном дне, среди стреляных гильз - белокурая ильза, холостые патроны вздыхают по мне: их сигары сникают, рубины бледнеют, а ночами их насмерть душат злые кашне.
с той, которой я стала, - паралично-столичной, с позолоченным личиком, обтекаемо вздорной, хитровыпиленной, узорной, - ты со мной не знаком. и с тобой не знакома та, которой я стала, не мигай из астрала мне своим огоньком. не пиши мне, не надо. не звони мне, не надо. на каком круге ада твой веселый трамвай?.. я же слабая, знаешь, мне хватит лишь взгляда, ты и рта не раскроешь, я отвечу - давай.
боги, яду мне, яду, двухполозного, белого, или лучше прозрачного, с искоркой голубой. с кем бы я ни была, ни спала, что б ни делала - я с тобой.
я с тобой.
я с тобой.
я с тобой.
Обниму любовь похолодевшую.
Помолчу… и вовсе – отпущу.
Мысленно, прошу, как онемевшая –
-
подари мне спичку, пусть сгоревшую,
я ее в стакане проращу…
Эти мне – зароки, обещания –
шелуха лишь… пепел, дым и сор,
только в лихорадке расставания –
-
подари мне встречу на прощание,
я ее поставлю на повтор…
Горько, без обманно-райской сладости,
как когда-то, в пламенном бреду
и у всех прохожих на виду –
-
подари мне две минуты радости,
я их на твой счёт переведу…
Согласись, пусть будет – не бесплатное,
липовое… мертвенное… ватное,
с дарственной на выцветшем боку –
-
подари мне небо, хоть плакатное,
я его приклею к потолку…
Ленка Воробей
Помолчу… и вовсе – отпущу.
Мысленно, прошу, как онемевшая –
-
подари мне спичку, пусть сгоревшую,
я ее в стакане проращу…
Эти мне – зароки, обещания –
шелуха лишь… пепел, дым и сор,
только в лихорадке расставания –
-
подари мне встречу на прощание,
я ее поставлю на повтор…
Горько, без обманно-райской сладости,
как когда-то, в пламенном бреду
и у всех прохожих на виду –
-
подари мне две минуты радости,
я их на твой счёт переведу…
Согласись, пусть будет – не бесплатное,
липовое… мертвенное… ватное,
с дарственной на выцветшем боку –
-
подари мне небо, хоть плакатное,
я его приклею к потолку…
Ленка Воробей
Ваша відповідь
Увійдіть, щоб відповістиГостьових повідомлень на форумі немає — реєстрація займає хвилину.