Первый класс глазами первоклассника :)

Май

Вчера к нам в группу приходила тетя. Не помню, как она называется. Слово такое колючее. Как будто плюет­ся кто-то. А, вспомнил! Пси-хо-лог. Она каждого из нас в спальне закрывала. Я сначала подумал: ну вот, опять прививка. Но почему-то никто там не кричал: «Мама!» Все выходили из спальни красные и довольные. И рас­сказывали, что у них там спрашивали. Например, «На ка­кой улице ты живешь?» или «Какой стишок знаешь?» Или, вот, например: «Медведь — это какое животное — дикое или домашнее?» Я точно знаю, что медведь в зоопарке живет. В домик он с трудом влезет, а дикого леса у нас нет. Я что-то нигде его не видел, одни дома кругом.

А вечером, когда мама меня из садика забирала, вос­питательница сказала ей: «Ваш Дань-ка сегодня тестирование прошел для школы. Позанимайтесь с ним дома. Он про животных не очень хорошо знает». Я даже обиделся. Как раз про животных я лучше всех знаю, нечего на меня наговаривать! А мама всю дорогу мне расска­зывала про зверей. Как будто я маленький и телевизор никог­да не смотрел.

Август

Утром меня разбудили мама с папой. Я подумал: «Ага! У меня день рожденья. Сейчас подарки начнут дарить». Нет, ничего подобно­го. Подарков не было. Мама сказала: «Данька! Мы сейчас с тобой пойдем в школу. То есть не совсем еще в школу, а так, ненадол­го. Там тебя учительница проверит». Тут мне стало груст­но. Зачем меня проверять? А вдруг я забуду, как буквы пишутся, или какая цифра идет после пятерки? И скажут, что я совсем глупый, и в школу не примут. Что тогда папа скажет? А маму и вовсе жалко. Я же не оправдаю ее на­дежд. Но делать нечего! Пришлось умываться, одеваться, завтракать и в школу идти.

Пришли мы в школу. Садик наш, между прочим, кра­сивее! В нем площадки со всякими грибками, парово­зиками и даже ракетами. А школа — большущая, как ко­рабль, который мы в Одессе видели, когда летом езди­ли на море. Мама сказала: «Ну, Данька, смотри, глупости всякие не говори. Расскажи все, что знаешь. Ты же пом­нишь все буквы?» А у меня в голове наоборот, каша какая-то образовалась. Но тут мы как раз в шко­лу зашли. К нам вышла тетенька с высокой при­ческой и спросила: «Ну, как тебя зовут мальчик?» Я, конечно, помнил, как меня зовут, но немно­го растерялся. А мама меня дернула за руку и шепчет: «Ты что, язык проглотил?» «Ладно,— говорит тетенька,— пойдем со мной, посмот­рим, можно ли тебя в школу брать...» Ма­ма с папой остались в коридоре, а мы вошли в большую-большую комнату. Сели за стол. «Это,— говорит учитель­ница,— класс, в котором учатся пер­воклассники». Я огляделся. На стен­ках какие-то невеселые картинки, буквы и цифры. И доска большая зе­леная. Я совсем загрустил. А тетенька говорит: «Сейчас будем с тобой задач­ки решать. Только сначала скажи, когда у тебя день рождения». Я вовсе растерялся и молчу. «Ну, на улице в твой день рождения снег лежит, деревья с лис­тьями или без?» А у меня день рождения весной. Снега уже нет, но и деревья еще не зеленые. Я тетеньке и го­ворю: «У меня день рождения, знаете ли, как раз с папи­ным совпадает. Вот когда у папы будет, тогда и у меня». Тетенька покачала головой и задала мне задачку. Про­стая была задачка про яблоки, что их было шесть, а двое мальчиков съели по одному. Нужно было узнать, сколь­ко осталось. Я хотел сказать, что четыре осталось, но по­думал, что мне бы тоже яблоко съесть не мешало и отве­тил, что три. Учительница нахмурилась и сказала, что те­перь пойдем к родителям.

Сентябрь

В школу меня все-таки взяли, хотя учительница ска­зала родителям, что «мальчик не простой» и «заниматься нужно усиленно». Вчера папа со мной вечером серьезно разговаривал. Я не все понял. Про то, что я вступаю в но­вую жизнь... И что нужно хорошо учиться... И что в шко­ле все по-взрослому и это мне не детский сад... Мама, правда, меня немного успокоила. Сказала, что игруш­ки в школе тоже есть, и мальчики и девочки хорошие, и я найду себе новых друзей. Если так, то даже очень не­плохо. И все-таки непонятно, зачем идти в школу, можно еще и в садик походить. Но папа говорит, что только шко­ла из меня может сделать настоящего человека. А сей­час я, интересно,— кто?

Утром будильник зазвенел, а я уже и сам проснулся, вскочил, быстренько умылся и побежал завтракать. А на кухне меня ждали родители с подарками. Шахматы мне подарили, книжку про динозавров, конструктор и еще что-то в коробочке, но открыть не дали. Сказали: «Вече­ром посмотришь, а то уже пора в школу бежать». Получа­ется, что когда в школу идешь, это почти, как день рож­дения.

Когда мы к школе подходили, оказалось, что не я один туда иду. Многие дети шли сами, а некоторых, как меня, вели родители. И у всех в руках были цветы. Так, значит, когда в школу идешь — это праздник. Потому что цветы только на праздники бывают, например, на 8 Марта или день рождения.

Потом все построились. Какой-то дядя в костюме дол­го кричал в микрофон. Но я смог услышать только отдель­ные слова про «дорогу знаний», «трудности и тернистый путь». И еще впереди меня стояла девочка, с большим бантом, поэтому я только бант видел. А потом учительни­ца нам сказала построиться парами и идти за ней. Роди­тели всем замахали руками, чья-то бабушка даже запла­кала. Девочка с бантом меня за руку схватила и потащи­ла за собой. Мы пришли в класс, сели за столы, которые почему-то партами назывались. Может потому, что мы за ними парами сидим. А у меня все время портфель сто­ять не хотел, падал и на бок заваливался. Я его поднимал и ногой держал. Поэтому слышал не все, что учительни­ца рассказывала. А потом она у меня спросила: «Данил! Ты все слышал? Повтори, что я сказала?» А я ей ска­зал, что меня не так зовут. Я — Данька. И у меня портфель падает. А дети засмеялись. Тут гром­ко зазвенел звонок. Я немного испугался. Но все дети обрадовались, и мы из класса выбежали, потому что наступила пере­менка. Переменка мне сначала по­нравилась. А потом разонравилась, потому что какой-то мальчик с раз­бегу в меня врезался, и мы лба­ми стукнулись больно-преболь­но. Сразу шишка образовалась. Я расстроился, и весь следую­щий урок эту шишку трогал — большая она или нет. А еще я очень хотел есть и даже спать. Странно, в садике я в тихий час спать совсем не любил. А тут захо­тел. Опять звонок прозвенел, и учи­тельница сказала: «Стройтесь! Сейчас будем вас родителям возвращать». Мы вышли из школы, а там стояли наши ма­мы и папы, опять нам руками махали, как будто мы приехали откуда-то издалека. Дети по­бежали к ним. Все были очень рады, что теперь мы школьники и первоклассники.